 |
 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Извините, за грубые слова. У меня новая профессия кондитер-ассенизатор. Сперва осваиватели средств навалили кучу дерьма, ничего не понимая в вопросе, а теперь я из этого дерьма должен сделать конфетку, то бишь отчет, наполненный смыслом. Ладно, справимся, не в первый раз. Я не жалуюсь, просто я с большим бы удовольствием общался с вами, чем корпел бы в свои выходные над работой. Но читать вас всё равно буду, чего бы мне это не стоило. Всех вас люблю. А. Tags: Друзьям
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |


 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Tired with all this, for restful death I cry,- As, to behold Desert a beggar born, And needy Nothing trimm'd in jollity, And purest Faith unhappily forsworn, And gilded Honour shamefully misplaced, And maiden Virtue rudely strumpeted, And right Perfection wrongfully disgraced, And Strength by limping Sway disabled, And Art made tongue-tied by Authority, And Folly, doctor-like, controlling Skill, And simple Truth miscall'd Simplicity, And Captive Good attending captain Ill: Tired with all this, from these would I be gone. Save that, to die, I leave my love alone. Устав от всего, я взываю к успокоительной смерти, Чем созерцать достоинство, рожденное в нищете, И духовное ничтожество, живущее в веселии, И чистейшую веру, от которой злобно отреклись, И позолоченное благородство, позорно занимающее чужое место, И девичью честь, грубо проституированную, И истинное совершенство, незаконно ошельмованное, И силу, выведенную из строя слабой властью, И искусство, которому связали язык авторитеты, И глупость, с ученым видом управляющую знанием, И простую правду, неверно называемую простодушием, И взятое в плен добро, прислуживающее верховному злу, Устав от всего этого, я ушел бы отсюда, Удерживает то, что, умерев, я оставлю одиноким того, кого люблю. подстрочник Измучась всем, я умереть хочу. Тоска смотреть, как мается бедняк, И как шутя живется богачу, И доверять, и попадать впросак, И наблюдать как наглость лезет в свет, И честь девичья катится ко дну, И знать, что ходу совершенствам нет, И видеть мощь у немощи в плену, И вспоминать, что мысли заткнут рот, И разум сносит глупости хулу, И прямодушье простотой слывет, И доброта прислуживает злу. Измучась всем, не стал бы жить и дня, Да другу будет трудно без меня. пер. Пастернака Как давно нас заставляли это заучивать, а я еще помню и английский и русский текст. Да другу трудно будет без меня... Спасибо Вам, мои друзья! Tags: Моя библиотека.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Наверное, мне это было суждено... Научившись читать в 4 года, я увлекся историей, перечитывая огромную дедовскую библиотеку.К 5 годам я уже знал всех греческих героев и богов, мог рассказывать о вооружениии гоплитов и древнерусских ратников, и даже пытался делать какой-то сравнительный анализ различных исторических источников. Потом мы переехали на юг, и история обрела материальное воплощение-с 6 лет я участвовал в раскопках древнегреческих городов. Южный приморский город это не северный или среднерусский город, практически большая часть времени проводится на улице. Читать я конечно не бросил, но помимо древней истории в жизни появился и практический интерес. С окончания войны прошло всего 20 лет, и в мальчишеской среде считалось зазорным играть в войну с игрушечным оружием. Начались поиски военной аммуниции. Правда найденное оружие меня интересовало лишь как новая модель, как исторический образец. Для себя мне хватало моей первой добычи -каваллерийского карабина. А были еще документы, награды, пуговицы и консервные банки. И от древней истории я плавно перешел к современной. История стала зримой, приобрела предметные очертания, вдобавок фронтовики жили рядом и были еще молоды и были их рассказы. А еще была опасность подрыва и надо было разбираться, что можно трогать, а что нельзя. Любовь к чтению помогла освоить мне массу информации и к 13 годам я заслужил кличку "Профессор", предсказывая направления поиска и разбирая (или отказываясь разбирать) невзорвавшиеся боеприпасы. Казалось выбор с профессией был сделан - либо историк, либо сапер. Поиск,обезвреживание, распутывание, разгадка тайного стало частью моего характера. Но жизнь внесла свои коррективы. Для военного я слишком любил свободу, а историком (Россия страна с непредсказуемым прошлым, кажется слова Черчилля) меня отговорил стать мой любимый учитель."Тебе либо придется врать,либо тебя сломают",-сказал он. И я понимал, тогда уже понимал, что он прав. Свобода, поиск, разгадка - и я выбрал геологию,это было ближе всего, к тому же я с детства любил бродяжить, идти куда тянет, куда глаза глядят. После учебы я пришел в 1 главк Мингео (уран, золото, алмазы), в аэропартию, в отряд предпроверки. Это было здорово, выпрыгивать с вертолета на обнаруженную с воздуха аномалию и в течении 3-х дней разбираться стоит она дальнейшей работы или нет, и доказывать свою правоту. Горы, болота, тайга, тундра...лепота! А потом грянул Чернобыль, и мы оказались самыми готовыми к тому, чтобы искать загрязнения. Разница в поисках была невелика, вместо урана с торием - цезий и стронций. Но Чернобыльские работы высветили и другую проблему, за много лет использования радиоактивных элементов в быту и работе радиоактивных пятен хватало и помимо Чернобыля. И если с глобальной проблемой было практически невозможно бороться, можно было лишь минимизировать вред, то мелочь было можно и нужно убирать. Так я стал дезактиваторщиком. Это моя работа - находить и уничтожать радиоактивные загрязнения. И снова, как в детстве, я ищу и распутываю тайны, снова уничтожаю всякую дрянь, и в этом я чувствую еще и смысл. Кто-то не получит дозу, радиация не поползет дальше. И еще моя работа это ведь и часть истории, пусть и небольшой ее кусочек...Первые образцы урановой руды в России и химреактивы лаборатории Менделеева, опыты Вавилова и Флерова, первая эстонская подводная лодка "Лембит" и партизанские радиостанции, блокадный Ленинград с его опознавательными радиоактивными значками (и видно, где погиб человек) и Бериевское хозяйство. О каждом из своих объектов я могу рассказать свою историю. Боюсь ли я? Нет, это как в детстве разряжать снаряды, зная что можно, а что нельзя. И, слава Богу, на здоровье не жалюсь. К тому же, говорят, что радиация в малых дозах способствует образованию стволовых клеток, так что впереди у меня долгая жизнь. :). Мне нравится моя работа. Наверное мне это было суждено... Tags: Плящушие человечки
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Я либо вспомню, что когда-то писал стихи, либо забуду про это совсем...Потому, что после этих строк, все что я когда-то делал покажется мелким. мой личный Освенцим, вы стерты с лица земли теперь мне не страшен нож в спину, лицо в крови, теперь не бояться, что воздуха – на полдня мой личный убийца не действует на меня а раньше ни шага без страха, что под расстрел вот тут ошибешься – и баста, палач поспел вот тут станешь мягкой, расслабишься – и каюк не то, чтобы хлеба, и жалости – не дают дробили мне кости, ломали суставы плеч чтоб рядом не встать словно равной – а только лечь так ласку по графику, нежность – одну в квартал мой враг, мой любовник безжалостно выдавал и вот она радость, свободы бесценный груз втыкайте под ногти мне иглы - я не боюсь сожгите мне душу и легкие - все стерплю мой личный Освенцим, я больше вас – не люблю. http://greenkamchatka.livejournal.com/
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |


 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Простите, что молчу, слишком долго молчу. Чертова усталость. Хотя... УСТАЛОСТЬ И все, о чем мечталось, Уже сбылось, И что не удавалось, То удалось. Отсталость наверсталась Давным-давно. Осталась лишь усталость. Не мудрено! Усталость разрасталась В вечерней мгле; Усталость распрасталась По всей земле; Усталость становилась Сильнее нас. Но где ж, скажи на милость, Она сейчас? Прилег ты напоследки, Едва дыша, Но ведь в грудной-то клетке Живет душа! Вздохнул. И что же сталось? Твой вздох, глубок, Повеял на усталость, Как ветерок. Вот тут и шевельнулась Она слегка, Как будто встрепенулась От ветерка И - легкая усталость, Не на века - Развеялась, умчалась, Как облака. Леонид Мартынов. :) Tags: Плящушие человечки
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Господи, откуда такая усталость? Сам себе противен. Ничего, я поднимусь. И всё же... заметки на полях имперского словаря: Уходят люди империи, уходят один за одним, писатели, артисты, ученые, учителя,специалисты, рабочие, мужчины и женщины, уходят, уходят, уходят... Мы из последнего поколения и нам тоже не так много осталось. Люди империи это...? Просто мы привыкли делать дело, а они осваивают средства. Вот и вся разница. Tags: Друзьям
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
|
 |
|
 |